<ГЛАВНАЯ       КИНО       ТЕАТР       КНИГИ       ПЬЕСЫ       РАССКАЗЫ    
АВТОРА!    ГАЛЕРЕЯ    ВИДЕО    ПРЕССА    ДРУЗЬЯ    КОНТАКТЫ    

Email:

ПЬЕСЫ

ВНИМАНИЕ! ВСЕ АВТОРСКИЕ ПРАВА НА ПЬЕСУ ЗАЩИЩЕНЫ ЗАКОНАМИ РОССИИ, МЕЖДУНАРОДНЫМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ, И ПРИНАДЛЕЖАТ АВТОРУ. ЗАПРЕЩАЕТСЯ ЕЕ ИЗДАНИЕ И ПЕРЕИЗДАНИЕ, РАЗМНОЖЕНИЕ, ПУБЛИЧНОЕ ИСПОЛНЕНИЕ, ПЕРЕВОД НА ИНОСТРАННЫЕ ЯЗЫКИ, ВНЕСЕНИЕ ИЗМЕНЕНИЙ В ТЕКСТ ПЬЕСЫ ПРИ ПОСТАНОВКЕ БЕЗ ПИСЬМЕННОГО РАЗРЕШЕНИЯ АВТОРА.
ПОСТАНОВКА ПЬЕСЫ ВОЗМОЖНА ТОЛЬКО ПОСЛЕ ЗАКЛЮЧЕНИЯ ПРЯМОГО ДОГОВОРА МЕЖДУ АВТОРОМ И ТЕАТРОМ.

ДО ПОСЛЕДНЕГО ГОСТЯ
лирическая комедия

СПЕКТАКЛЬ-КОНЦЕРТ

В маленьком портовом кафе, где по вечерам выступает ушедшая с большой сцены певица Эмма, пересекаются судьбы давно потерявших друг друга людей, и выясняется, что прошлое не только не отпустило их – прошлое становится фундаментом, на котором они могут построить своё будущее.

Ольга Степнова. До последнего гостя

Действующие лица:

ЭММА

ИВАН

КОЛЯ

КРИСТИНА

I

Вывеска "Кафе "ЭДЕМ".

Два столика, барная стойка с напитками, небольшая сцена, микрофонная стойка.

Эмма поёт с микрофоном в руках.

Заходит Иван в униформе официанта.

Убирает с одного из столиков посуду – пустую бутылку, стакан и тарелку.

Эмма заканчивает песню.

Иван протирает стол.

ИВАН. Эмма, последний клиент ушел десять минут назад. Кому ты поёшь?

ЭММА. Космосу.

Иван замирает с тряпкой в руке, удивлённо смотрит на Эмму.

ИВАН. Кому?

ЭММА. (смеётся) Ванечка, я не сошла с ума. Просто последний клиент заплатил ещё за одну песню и ушёл.

ИВАН. Странно…

ЭММА. Что – странно?

ИВАН. Ещё никто ни разу не уходил, когда ты поёшь.

ЭММА. А этот – ушёл.

Иван хмурится, протирает барную стойку.

ЭММА. Да не переживай ты так! Просто ему кто-то позвонил, он сорвался и убежал, как угорелый.

ИВАН. Ты могла бы не петь в пустом зале. Поберечь голос.

ЭММА. Ты же знаешь, я патологически честная. Если заплатили, я должна допеть до конца.

ИВАН. (вздыхает) Знаю…

ЭММА. А почему так грустно?

ИВАН. Да потому что этот твой космос что-то не спешит делать тебе подарки за твою патологическую порядочность! Успеха добиваются те, кто хитрее и изворотливее, а не те, кто талантливее!

ЭММА. Ванечка, не начинай. Ты же знаешь, я счастлива и всем довольна.

ИВАН. Да, да, сейчас на все деньги купишь самый дорогой корм своему коту, а себе кусочек сыра и бутылку дешёвого вина, которое убивает твой голос… Именно так и живут счастливые люди.

ЭММА. (вспыхивает) Знаешь, что… Вот только не надо намекать, что я много пью!

ИВАН. Да я не про это…

ЭММА. (хватает сумку) Всё, последний клиент ушёл, значит, я тоже свободна!

ИВАН. Я про то, что ты могла бы покупать себе вино подороже…

Эмма в раздражении уходит, с неё соскальзывает боа, падает на пол.

ИВАН. (кричит вслед) Поверни табличку на двери обратной стороной!

В ответ – молчание.

Иван поднимает с пола боа, прижимает его к лицу.

Несколько секунд стоит, вдыхая его запах.

Звонит телефон.

Иван берет трубку, резко меняет тон на деловой и немного высокомерный.

ИВАН. Да, Кристи… У меня сейчас совещание, я не могу говорить. Что ты хотела? Что? Ты сильно пострадала? А машина? Ладно, чёрт с ней, купим новую… Разбирайся с гаишниками сама, я сейчас не могу приехать.

Нажимает отбой, снова прижимает к лицу боа.

ИВАН. Вернее, не хочу…

Бросает боа на стойку.

Уходит.

В кафе врывается Коля.

Он в форме морского капитана.

Китель на нём расстёгнут, фуражка набекрень, в руках пистолет.

Коля падает на стул, бухает по столу кулаком.

КОЛЯ. Водки! Сто грамм!

Коля прислушивается, ему никто не отвечает.

Коля вскакивает, хватает микрофон, кричит в него.

КОЛЯ. Я сказал – водки!

Заходит Иван, в руках у него табличка.

ИВАН. Это вы сорвали табличку "Закрыто"?

Коля с вызовом подходит к Ивану.

КОЛЯ. Ну, я… И что?

ИВАН. Покиньте, пожалуйста, заведение.

Коля выхватывает у Ивана табличку, переворачивает.

КОЛЯ. А вот тут, с обратной стороны, написано, что кафе работает до последнего гостя. Так вот, последний гость – это я! Водки! Сто грамм!

ИВАН. Я не могу вас обслужить. Касса уже закрыта.

КОЛЯ. Мне плевать на твою кассу! Водки! (хватает пистолет) Или я тут разнесу всё к чёртовой матери!

ИВАН. Спокойно… Спокойно…

Иван за стойкой наливает стакан водки, ставит на стол.

ИВАН. Вот, пожалуйста, майор…

КОЛЯ. Не майор. Капитан третьего ранга.

ИВАН. Всё равно. Это за счёт заведения.

Коля залпом выпивает водку.

Бухает на стол деньги.

КОЛЯ. Простите. За пистолет. И за истерику. За всё приношу вам свои глубочайшие извинения.

ИВАН. У вас что-то случилось, капитан?

КОЛЯ. (словно очнувшись) А? Что?

ИВАН. (громче) Я говорю, у вас что-то случилось?

Коля прячет пистолет во внутренний карман.

КОЛЯ. Да нет… Так, ерунда. Просто взял и застрелил человека.

Иван наливает водку в стакан, подвигает к Коле.

ИВАН. Я полагаю, на то были веские основания?

Коля залпом выпивает водку.

КОЛЯ. Не знаю. Теперь уже сомневаюсь. Подумаешь, спал с моей женой…

ИВАН. И что вы собираетесь делать?

КОЛЯ. Напиться.

ИВАН. Ну, это само собой. А дальше?

КОЛЯ. А дальше – сдаться полиции.

ИВАН. Сочувствую.

Иван наливает водку в стакан Коле.

КОЛЯ. А что бы ты сделал?

ИВАН. То же самое.

КОЛЯ. Спасибо за поддержку. Последний вечер на свободе должен запомниться, правда?

ИВАН. Что вы имеете в виду?

КОЛЯ. Где Эмма?

ИВАН. (напрягается) Эмма ушла домой.

КОЛЯ. Так позвони ей и верни. Я заплачу.

Коля бухает на стол крупную купюру.

ИВАН. Уберите деньги. Я не могу позвонить ей.

КОЛЯ. Почему?

ИВАН. Мы поссорились. Я обидел её.

КОЛЯ. Тогда дай мне её телефон, я позвоню сам.

ИВАН. Нет, капитан. В нашем кафе не принято давать телефоны сотрудников.

Коля бухает на стол ещё одну купюру.

КОЛЯ. А так?

ИВАН. Я повторяю – не принято.

Коля, подумав, выхватывает пистолет, направляет его на Ивана.

КОЛЯ. А так?

ИВАН. (замирает) Вы, правда, сможете выстрелить, капитан?

КОЛЯ. Телефон Эммы или… Мне терять нечего.

Заходит Эмма.

ЭММА. Ванечка… Там такая авария на дороге – ужас! Мне надоело торчать в пробке, и я вернулась. А ещё я забыла своё боа. Без своих перьев я, во-первых, замёрзла, а, во-вторых, чувствую себя скучной замотанной тёткой…

Эмма замирает, заметив, что Коля сидит, направив пистолет на Ивана.

ЭММА. А… что здесь… происходит…

Иван заслоняет Эмму собой.

ИВАН. Уходи, Эмма!

ЭММА. Вы… вернулись?

КОЛЯ. Да, вернулся. Дурак… Идиот… Купился на анонимный звонок… А такая песня была… Такая песня!

Эмма отталкивает Ивана, подходит к Коле, выхватывает у него пистолет.

КОЛЯ. Какая женщина…

ЭММА. Я спрашиваю, что здесь происходит?!

ИВАН. Капитан только что застрелил любовника своей жены, а потом хотел застрелить меня, если я не дам ему номер твоего телефона.

ЭММА. И ты не дал?

ИВАН. Нет, конечно.

ЭММА. Почему?

ИВАН. Ты же видишь, он неадекватный. Я не могу подвергать тебя опасности.

КОЛЯ. Простите. А можно последнее слово?

ЭММА. Валяйте, капитан…

КОЛЯ. (откашлявшись) Я бы никого не застрелил, честное слово. Просто очень вас увидеть хотелось. И послушать. Перед тюрьмой.

ЭММА. То есть, любовника вы действительно застрелили?

КОЛЯ. В состоянии аффекта… нажал на курок. На моём месте так поступил бы каждый. Вон, он подтвердит. (показывает на Ивана)

Иван берет руку Эммы с пистолетом.

ИВАН. Ого, наградной! "Капитану третьего ранга Николаю Тарасову за отличную службу в береговой охране по защите рубежей нашей Родины".

КОЛЯ. Так вы споёте? Всего одну песню. Ту, которую я не дослушал… Я хорошо заплачу.

Коля кладёт на стол ещё одну купюру.

ЭММА. Не надо, вы в прошлый раз хорошо заплатили.

Эмма кладет пистолет на стол, берёт микрофон.

ИВАН. Эмма! Ты делаешь глупость.

ЭММА. Почему? (настраивает микрофон) Человек не дослушал песню… Он за неё заплатил. У человека трагедия…

ИВАН. Эмма, у тебя… Кот дома голодный!

ЭММА. Ничего, Марсик такой толстый, что голод пойдёт ему только на пользу.

ИВАН. Эмма!

Иван пытается отобрать у Эммы микрофон.

ИВАН. Ты сорвёшь голос! Ты весь день пела!

ЭММА. Ваня, мы работаем до последнего гостя! Не нарушай правила нашего маленького рая…

Эмма показывает на вывеску "ЭДЕМ".

Иван продолжает тянуть к себе микрофон.

ЭММА. В конце концов, ты просто официант, а не мой концертный директор!

Иван вздрагивает, как от пощёчины, отдаёт Эмме микрофон.

ИВАН. Извини. Я действительно перешёл границы.

Иван поворачивается, чтобы уйти.

ЭММА. Извини, Ванечка. Я не хотела тебя обидеть. Просто вечерами дома такая тоска… Вино, Марсик, глупые признания в любви в интернете и предложения встретиться от моряков… А тут какая-никакая – сцена…

КОЛЯ. И какой-никакой зритель.

ИВАН. Хорошо. Только я уберу пистолет от греха подальше.

Иван забирает со стола пистолет, уходит.

Играет музыка.

Эмма поёт.

Коля плачет.

Эмма заканчивает песню.

КОЛЯ. (вытирает слёзы) А повеселей что-нибудь можно?

Коля кладёт на стопку денег ещё одну купюру.

ЭММА. Повеселей? Вы уверены?

КОЛЯ. Да. Знаете, почувствовал вдруг, что надо как-то взбодриться.

ЭММА. Ну, что ж, держитесь тогда, сейчас зажжём…

Эмма исполняет что-то зажигательное.

Коля вскакивает, начинает слегка пританцовывать – немного с надрывом.

Видно, что Коля в отчаянии и пытается хоть как-то себя взбодрить.

Эмма обрывает песню на середине.

ЭММА. Не надо.

КОЛЯ. Чего не надо?

ЭММА. У вас вид человека, упавшего за борт и хватающего воздух из последних сил.

КОЛЯ. Правда?

ЭММА. Поверьте, я знаю, о чём говорю.

КОЛЯ. Пойте, умоляю вас, пойте ещё.

Коля добавляет к стопке денег ещё одну купюру.

ЭММА. Уже очень поздно. Я, пожалуй, пойду

.

Эмма забирает деньги, идёт к выходу.

Коля бросается перед ней на колени.

КОЛЯ. Пожалуйста! Умоляю… Ещё одну песню. Вот эту… Ла-ла-ла…

Коля неумело напевает мотив.

Выходит Иван.

ИВАН. Капитан, покиньте, пожалуйста, заведение.

Коля показывает Ивану фигу.

КОЛЯ. Кафе работает до последнего гостя? Работает. Значит, имею право…

Иван хватает Колю за руку, тянет к выходу.

ИВАН. Выйдите! Или я вас сдам в полицию собственноручно!

ЭММА. Иван, подожди!

Эмма хватает Ивана за руку.

ЭММА. (Коле) Вы знаете мой репертуар. Откуда?

КОЛЯ. Так, это… Его весь город знает. Вернее, все, кто ходит сюда… В рай… В "Эдем".

ЭММА. Не врите. Во-первых, вас я здесь вижу впервые. А, во-вторых…

ИВАН. А, во-вторых, Эмма ни разу не исполняла здесь эту песню.

КОЛЯ. (в замешательстве) Да?

ЭММА. Да. Я пела её только однажды. Давно… На конкурсе…

КОЛЯ. Значит, я что-то путаю… Похоже там было не "ла-ла-ла", а "ла-ла-ла" (напевает другой мотив).

Иван подозрительно смотрит на Колю.

ЭММА. Зачем вы напомнили… Мне было тогда всего девятнадцать… (берёт микрофон)

ИВАН. Эмма…

Эмма бросает на него взгляд.

ИВАН. Понял. Я всего лишь официант.

Иван уходит.

Играет музыка, Эмма поёт.

Коля заворожённо её слушает.

У Коли звонит телефон.

Он смотрит на дисплей, сбрасывает вызов.

На лице замешательство.

Эмма обрывает песню.

ЭММА. Что-то случилось?

КОЛЯ. Извините, жена.

ЭММА. Почему вы не взяли трубку? Вдруг что-то важное?

КОЛЯ. Конечно, важное… Выяснить, где я, чтобы сдать полиции.

ЭММА. Неужели вы думаете, что она хочет вас посадить? Может, наоборот – помочь?

КОЛЯ. (с сарказмом) Да вот как-то проверять не хочется.

Коля ломает телефон, вытаскивает сим-карту и батарею, отбрасывает обломки.

Эмма садится за стол.

ЭММА. Вы её сильно любите?

КОЛЯ. Сильно. Только не её, а ту, на которую она очень похожа. К сожалению, только внешне…

ЭММА. Ничего сейчас не поняла, вот просто ни-че-го-шень-ки!

КОЛЯ. Хотите шампанского?

ЭММА. Лучше вина. И совсем чуть-чуть. И только при условии, что, пока я буду пить, вы объясните мне хитросплетения вашего любовного треугольника. Я жутко любопытная, когда дело касается чужих любовных страстей.

КОЛЯ. Официант!

ЭММА. Ванечка!

Никто не подходит.

КОЛЯ. Похоже, ушёл.

ЭММА. Ваня никогда не уходит, пока я не уйду. Он, наверное, покурить вышел.

КОЛЯ. (встаёт) Тогда я сам.

Коля уходит за стойку, достаёт бутылку вина и два бокала.

Возвращается за стол, открывает бутылку, наливает вино, подмигивает Эмме.

КОЛЯ. А ведь он в вас влюблён.

ЭММА. Кто? Ваня? Вы шутите…

КОЛЯ. По уши! Неужели не видно?

ЭММА. Ваня женат. У него на пальце кольцо.

КОЛЯ. И что?

ЭММА. И то. Не все любят не жену, а ту, на которую она похожа, как вы выражаетесь. Кстати, вы обещали мне расшифровать этот ребус.

Эмма пьёт вино.

КОЛЯ. Банальная история. Ей было всего девятнадцать. Красавица необыкновенная. А голос…

ЭММА. Голос?

КОЛЯ. Не в смысле голос, а просто приятный голос… Я… Когда я его слышал, у меня земля из-под ног уходила…

ЭММА. Так, вы юлите.

КОЛЯ. В каком смысле?

ЭММА. Рассказываете не то, что нужно. Я же вам пела в полную силу своих возможностей. А вы…

КОЛЯ. А что я?

ЭММА. Вы халтурите, Николай. Ваш рассказ должен начинаться – "Её звали"… Ну?

КОЛЯ. Её звали… э-э-э… Ева. Она жила в доме напротив, и её окна выходили в наш двор…

ЭММА. Вот, уже лучше. (пьёт вино)

КОЛЯ. Она всё время забывала задёргивать шторы на окнах…

ЭММА. (замирает) Фу… Вы подглядывали?

КОЛЯ. Я любовался. Вечером она садилась за инструмент и играла. Мне были видны только её затылок и плечи. Звуков я не слышал, но по движению её плеч всегда понимал, какую мелодию она исполняла – весёлую или грустную.

ЭММА. И вы ни разу не попытались к ней… подкатить?

КОЛЯ. Думаете, легко подкатить к девушке, вокруг которой вьются толпы поклонников? Пытался, конечно. Я каждый вечер дарил ей цветы.

ЭММА. А она?

КОЛЯ. А она не замечала меня.

ЭММА. Как? Никогда не поверю, что можно не заметить парня, который дарит тебе цветы.

КОЛЯ. Ещё как можно. Кто я такой? Курсант мореходки с прыщами на подбородке, который всю стипендию спускал на цветы? Всё равно мой букет маргариток оказывался самым маленьким и скромным.

ЭММА. Маргариток?

КОЛЯ. Ну, да, мне они казались очень красивыми. Хотя стоили неоправданно дорого.

ЭММА. Знаете, мне кажется, вам стоило быть понастойчивее. Обратить как-то на себя внимание, совершить безумный поступок…

КОЛЯ. Я совершал. Бесполезно. Возле неё крутились мужики с деньгами и связями. На кой чёрт я ей сдался?

ЭММА. (встаёт) Значит, вы делали что-то не то и не так. Для женщин деньги не главное. Вернее, не для всех женщин.

КОЛЯ. Я знаю. Вот поэтому я и исчез с горизонта.

ЭММА. В смысле?

КОЛЯ. Чтобы дать ей возможность выбрать богатого и устроить свою жизнь так, как она этого заслуживала. Я не позволил ей влюбиться в нищего курсанта.

ЭММА. С ума сойти… Какое самопожертвование…

КОЛЯ. Нет, правда… Она заслуживала большего, чем я и мои маргаритки. У неё было большое будущее. А я потом… встретил Галю. Схожу на берег после приказа – я тогда в Балаклаве служил, и мы как раз задержали несколько турецких баркасов, которые камбалу ловили в наших территориальных водах, про нас даже программу целую снимали, дело решалось на уровне министерств иностранных дел… Так вот, схожу я на берег… смотрю, Ева продаёт пирожки в киоске напротив части… Я чуть с ума не сошёл, думал, галлюцинация… Лицо, волосы, рост, даже голос похож. Я подошёл и говорю – выходи за меня замуж.

ЭММА. Простите, а как вы определили, что Галя не заслуживает мужика с деньгами и связями, а заслуживает именно вас?

КОЛЯ. Э-э-э… Так я уже до старпома тогда дослужился! Для продавщицы, по-моему, очень хорошая партия.

ЭММА. И она, конечно же, сразу согласилась. Наверное, рыдала от счастья, что судьба такой подарок подкинула?

КОЛЯ. Как же… Она была замужем.

ЭММА. Ой…

КОЛЯ. Муж оказался боцманом во-от с такими кулаками. Он мне челюсть сломал, по кускам собирали. До сих пор на погоду ломит.

ЭММА. Дайте угадаю. Галя пришла к вам в больницу?

КОЛЯ. Нет, сразу домой. С вещами. Старпомы, как выяснилось, её слабость.

ЭММА. А Ева? Что с ней?

КОЛЯ. Понятия не имею.

ЭММА. И вам не интересно узнать? Вы не хотите найти её?

КОЛЯ. Зачем? Она не заслуживает неудачника, который скоро сядет в тюрьму за убийство.

ЭММА, А, может, ей будет приятно узнать, что вы убили человека за то, что приревновали его к женщине, с которой вы живёте из-за того, что она как две капли воды похожа не неё?

Коля встаёт, подходит к Эмме.

КОЛЯ. Вы, правда, так думаете?

ЭММА. Да. Я помню те маргаритки…

КОЛЯ. Как… помните?

ЭММА. Они стояли дольше других цветов. Прежние ещё не успевали завянуть, а уже появлялся новый букет.

КОЛЯ. А меня… Меня вы не помните?

ЭММА. Нет. Софиты так слепят на сцене…

КОЛЯ. Прости.

ЭММА. За что?

КОЛЯ. За то, что струсил тогда.

ЭММА. Не струсил, а проявил благородство. Я ведь действительно тогда думала, что у меня большое будущее. И вряд ли полюбила бы простого курсанта из мореходки, ведь рядом был Марк.

КОЛЯ. Это тот лощёный красавчик на "Мерседесе" последней модели?

ЭММА. Да. У него был свой рыбный завод.

КОЛЯ. Знаю. Если бы ты знала, сколько раз я представлял себя на его месте. После концерта, прикрывая от толпы поклонников, вести тебя в машину, а потом гнать под дождём, а потом целоваться возле подъезда…

ЭММА. Ты подглядывал?

КОЛЯ. Любовался. И ужасно страдал. Кстати, почему ты ни разу не пригласила его домой?

ЭММА. Потому что чувствовала, что кто-то подглядывает… (смеётся) Да приглашала! И много раз. Ты просто прошляпил эти моменты, Коля.

КОЛЯ. Или сознательно пропустил. (целует Эмме руку) Не верю… Не верю, что всё наконец-то рассказал тебе. И ты не высмеяла меня.

ЭММА. Кто же высмеивает любовь? Ведь любовь была настоящей, раз твои маргаритки стояли дольше других цветов.

Эмма берёт микрофон, поёт.

Коля заворожённо её слушает.

Эмма неожиданно обрывает песню.

ЭММА. А почему ты до сих пор не спросил, как я оказалась в этом кафе? Почему не пою больше на настоящей сцене? Ты ведь сбежал для того, чтобы я могла стать звездой.

КОЛЯ. Я знаю, почему ты тут оказалась. Ты проиграла в том важном конкурсе.

ЭММА. Знаешь? Откуда?

КОЛЯ. Я продал квартиру, чтобы подкупить жюри.

ЭММА. Что? Ты с ума сошёл?

КОЛЯ. Да, я узнал, что спонсор твоей конкурентки, Кристины, отвалил за её победу большую сумму, а ты запретила Марку платить за тебя. Поэтому я решил сам подкупить жюри. Но… денег все равно не хватило.

ЭММА. Ты шутишь?! Кристина победила в честной борьбе и заслуженно стала звездой, которая собирает огромные залы.

КОЛЯ. Ха-ха-ха… Может, Кристина и неплохая певица, но она в подмётки тебе не годится. А за её победу заплатил Эдуард Туманов, её любовник на тот момент.

ЭММА. Туманов? Я где-то слышала это имя.

КОЛЯ. Ещё бы ты не слышала. Самый загадочный миллиардер страны. Тайный инвестор, серый кардинал, который координирует большой бизнес из-за кулис. Он чуть ли не возглавляет русский список Форбс, но никто никогда воочию его не видел. Ни один журналист так и не смог добыть ни одной его фотографии, хотя все крупнейшие газеты предлагали за неё огромные деньжищи.

ЭММА. Нет, нет, значит, это другой Туманов. Я вспомнила, Туманов – это фамилия владельца нашего кафе. Я в накладных как-то видела.

КОЛЯ. Надо же, просто ирония судьбы. Человек, который испортил тебе жизнь и погубил твой талант, носит ту же фамилию, что и человек, который даёт тебе возможность этим талантом зарабатывать на кусок хлеба.

ЭММА. Да никто не губил мой талант и не портил мне жизнь. Не знаю, кто и сколько платил за Кристину, но я получила то, что заслуживаю – одиночество, маленький портовый ресторанчик, постоянную публику, толстого кота и бокал вина на ночь. Я не умею бороться за место под солнцем, а, может, и не хочу. Я могу только петь. И пусть это будут два нетрезвых зрителя, которые пришли просто выпить, а вовсе не ко мне… Зато мне не приходится врать, подкупать, плести интриги и спать с денежными мешками. Я довольна своей жизнью, Коля. И самым прекрасным в ней были твои маргаритки, которые так долго не вянут.

КОЛЯ. А Марк? У вас же была назначена свадьба.

ЭММА. Можно я промолчу?

КОЛЯ. Можно. Я знаю, что Марк женился на дочке владельца рыболовецкой флотилии, и они объединили свой бизнес.

ЭММА. Марк сказал, что я дура и поставила его в неловкое положение, не дав заплатить за победу в конкурсе. Он сказал, что я буду дешёвой ресторанной певичкой –вот мой потолок, и ему это неинтересно.

КОЛЯ. Мразь.

ЭММА. Да почему… Просто человек знает, чего он хочет. Денег, славы и власти. А я хочу – петь и жить так, чтобы меня не мучила совесть. Наши желания не совпадают, мы разошлись, и это нормально.

КОЛЯ. Мразь! Потому что он бросил тебя даже не из-за того, что ты не стала знаменитой. Он бросил тебя, потому что ты заболела!

ЭММА. Ты и это знаешь?

КОЛЯ. Врач Гордеева, которая делала тебе операцию, моя родная тётка. Она лучший эндокринолог в городе, а, может, и в стране. К ней огромные очереди и запись на годы вперёд, но я уговорил её взять тебя, потому что очень важно было сохранить тебе голос.

ЭММА. Подожди, а деньги… Операция была срочной, мне сказали, она по квоте, но, скорее всего…

КОЛЯ. Ерунда. Гараж и машина, я всё равно ими почти не пользовался, потому что даже когда не в море, всю жизнь провожу на корабле.

ЭММА. Получается, я тебе обязана всем…

КОЛЯ. Это я тебе всем обязан.

ЭММА. Послушай… По-моему, это нечестно – вот так, за моей спиной всё время вмешиваться в мою жизнь.

КОЛЯ. Тогда самые нечестные существа – это ангелы-хранители.

ЭММА. Ну, почему, почему ты не объявился раньше, когда уже стало ясно, что никакая я не звезда и мне не нужны богатые покровители…

КОЛЯ. Так ведь я женат уже был. Ты бы не стала связываться с женатым мужиком, у которого растет маленькая дочь.

ЭММА. Не стала бы.

КОЛЯ. Вот видишь.

ЭММА. Но ты мог попробовать.

КОЛЯ. Я и решил попробовать… Сегодня. Если бы не этот анонимный звонок…

ЭММА. Зачем ты на него повелся?

КОЛЯ. Сам не знаю. Животный рефлекс.

ЭММА. Мне жаль, что так получилось.

КОЛЯ. Я люблю тебя, Эмма. Очень люблю. Чёрт меня дёрнул пристрелить этого старпома.

ЭММА. Если бы твоя Галя не была так похожа на меня, ты бы не пристрелил его?

КОЛЯ. Я бы с ним тогда даже выпил…

Эмма обнимает Колю.

ЭММА. Сколько тебе дадут за убийство?

КОЛЯ. Э-э… Не знаю. Смотря каким его признают, наверное. Умышленным или в состоянии аффекта.

ЭММА. Мне кажется, что я готова ждать тебя из тюрьмы.

КОЛЯ. Что?

ЭММА. Я хочу, чтобы ты снова дарил мне маргаритки. Пусть даже придётся ждать этого десять лет.

КОЛЯ. Это… правда?

ЭММА. Да.

Коля и Эмма целуются.

Заходит Иван.

В потрясении замирает, глядя на целующихся Колю и Эмму.

На лице у него смятение, паника и возмущение.

Иван выхватывает пистолет, целится Коле в спину.

Гремит выстрел.

Свет гаснет.

Слышен грохот разбитой посуды.

Эмма кричит.

II

Загорается свет.

Кафе.

Стол и стулья перевёрнуты.

Иван стоит с опущенным пистолетом.

Коля лежит на полу рядом с разбитой бутылкой.

Испуганная Эмма выглядывает из-за барной стойки.

ЭММА. Ванечка… А кто это стрелял?!

Иван смотрит на свою руку с пистолетом.

ИВАН. Судя по всему, я…

ЭММА. Зачем… Ванечка…

ИВАН. Мне показалось, он тебя душит.

ЭММА. (бросается к Коле) Ты… убил его! Ты убил моего ангела-хранителя!

ИВАН. Извини.

ЭММА. Мы целовались! Слышишь?! Он не душил меня! Мы! Целовались!

ИВАН. Жаль, что его нельзя убить второй раз.

Коля садится, выхватывает пистолет у Ивана.

КОЛЯ. Дай сюда, мазила.

ЭММА. Коля, ты ранен?

КОЛЯ. (усмехается) Этому снайперу только по бутылкам стрелять. (пинает осколки бутылки) И после этого ты говоришь, что он в тебя не влюблён?

ЭММА. Иван… И, правда… Зачем ты выстрелил?

Иван молчит.

ЭММА. Ваня, я ничего не понимаю! Не молчи, Ваня!

Иван достает из барной стойки новую бутылку водки.

Садится за стол, наливает в стакан, залпом выпивает.

ИВАН. Ангел-хранитель, говоришь… Человека, который трусливо сбежал от своих чувств, ты называешь своим ангелом-хранителем?

ЭММА. Откуда ты знаешь? Ты, что, подслушивал?

ИВАН. (наливает водку, пьёт) Ты забыла выключить микрофон. (усмехается) Ваши откровения слышал весь порт. А я курил на крыльце.

Эмма бросается к микрофону, выключает его.

ЭММА. Это не твоё дело… Ты не имеешь права вмешиваться.

ИВАН. Имею.

ЭММА. Что? Почему ты так говоришь?

ИВАН. Спой песню, с которой ты проиграла на конкурсе.

ЭММА. Зачем?

ИВАН. Спой, я очень тебя прошу…

ЭММА. Я ни разу не исполняла её с тех пор… Я забыла слова… Я не люблю… Нет, я ненавижу её!

ИВАН. Спой, я сказал! (бухает по столу кулаком) Или тебе заплатить?!

КОЛЯ. (подходит к Ивану) Так, ну, мне терять нечего, всё равно под суд идти…

Коля хватает Ивана за грудки, но Эмма его останавливает.

ЭММА. Не трогай его! Я спою… (берёт микрофон, включает) Мне нетрудно… Вернее, трудно, но я спою. С этой песней рухнули все мои мечты и надежды… Рухнула вся моя жизнь.

Эмма отворачивается, смахивает слезу.

КОЛЯ. Теперь, пожалуй, я пойду покурю… Только не вздумай выключать микрофон, Эмма. И помни – я всегда рядом.

Коля уходит.

Играет музыка.

Эмма поёт.

В конце забывает слова.

Иван подсказывает слова.

ЭММА. Откуда ты знаешь?

ИВАН. Эту песню написал я. И музыку и слова.

ЭММА. Что?! Как это может быть?

ИВАН. Так. Под псевдонимом.

ЭММА. Этого не может быть. Марк заплатил автору большие деньги за эксклюзив…

ИВАН. Да, но Туманов заплатил ему больше, и та песня-победитель досталась Кристине. А эту написал я и выдал за эксклюзивную песню от известного автора.

ЭММА. О, господи… Это какой-то бред… Этого не может быть.

ИВАН. (шёпотом) Отключи микрофон, а то Коля сейчас застрелит меня.

ЭММА. Если я его выключу, он убьёт тебя раньше.

Эмма подходит к Ивану отвешивает ему лёгкую пощёчину.

Наступает тишина.

ЭММА. Это тебе за подлый обман. Но песня всё равно гениальная.

ИВАН. И спела ты её тогда гениально. Просто у Кристины был очень влиятельный спонсор.

ЭММА. Кто… ты… такой?

ИВАН. Неудачник.

ЭММА. Я повторяю. Кто. Ты. Такой?

ИВАН. Официант. Раньше баловался стихами и музыкой… Потом забил. Эта песня единственная, за которую мне заплатили, и то только затем, чтобы украсть настоящую песню.

ЭММА. Почему ты раньше этого мне не рассказал, Ваня?

ИВАН. Потому что влюбился в тебя.

ЭММА. А жена?

ИВАН. Так бывает – жена отдельно, любовь отдельно.

ЭММА. (печально) В жизни не получала столько признаний в любви в один день.

ИВАН. Извини, что не дарил тебе маргаритки…

Иван встаёт, уходит за стойку, убирает стакан и бутылку.

Выходит с веником и совком, подметает осколки на полу.

В кафе заходит Кристина – в мехах, драгоценностях, с ссадиной на лице.

У неё в руках табличка с надписью с двух сторон – "Закрыто" и "Работаем до последнего гостя".

КРИСТИНА. Эй, кто-нибудь! У вас тут с другой стороны написано – "Работаем до последнего гостя", и мне плевать, что она висит стороной "Закрыто"! Я последний гость! И я попала в аварию! И мне нужна помощь!

Иван замирает с веником и совком, в согнутом состоянии быстро уходит за стойку – так, чтобы не было видно его лица.

Вслед за Кристиной заходит Коля.

КОЛЯ. Мадам, но тут не травмпункт!

КРИСТИНА. Очень остроумно, майор. Ха-ха-ха…

КОЛЯ. Капитан третьего ранга.

КРИСТИНА. И всё равно – ха-ха-ха…

Кристина бросает сумку на стол, садится.

КРИСТИНА. Двойной виски со льдом!

Эмма потрясённо смотрит на Кристину.

ЭММА. Кристи? Это ты?!

КРИСТИНА. Эмма? Что ты здесь делаешь?

ЭММА. Я… я…

КРИСТИНА. Как я сразу не догадалась! Ты здесь официантка! О, боже… Какое название… "Эдем"! Рай? Ты официантка в раю? Вот это да!

Эмма пытается возразить, но не может вставить и слова.

КРИСТИНА. Тогда принеси мне два двойных виски со льдом. Мы обязательно должны выпить за встречу!

Иван осторожно выглядывает из-за стойки.

КОЛЯ. Ух, ты, как пошло-то – мадам… Какой поворот! А я ведь сразу и не узнал вас… Вы вблизи выглядите немного старше…

КРИСТИНА. Капитан, это вы так мстите мне за майора?!

КОЛЯ. Что вы, даже не начинал!

ЭММА. Я не официантка, Кристи.

КРИСТИНА. Да? А кто? Ой… Неужели уборщица?

ЭММА. Очень остроумно. Ха-ха-ха… Иван! Обслужи нашу гостью!

Иван резко скрывается за стойкой.

КРИСТИНА. Ну, извини, дорогая, прости. Неудачная шутка. Меня подрезал какой-то козёл на старом корыте. Подушки спасли, но я всё равно ударилась головой. (трогает ссадину) А-а-а! Наверное, чувство юмора пострадало. У тебя прекрасное кафе и ты отлично смотришься в качестве хозяйки этого… рая.

Иван, высунувшись из-за стойки, отчаянными жестами подзывает Колю.

Коля недоумённо смотрит на него, не понимая, что надо.

ЭММА. (тихо) Я не хозяйка. Я здесь пою.

КРИСТИНА. Что? Что ты здесь делаешь? Я что-то плохо расслышала.

ЭММА. (вздёрнув подбородок) Я певица.

КРИСТИНА. Здесь? В этом… притоне?

Иван жестами отчаянно зовёт Колю.

Коля подходит к нему, Иван, прикрываясь Колей, отводит его в сторону.

ЭММА. Это не притон, а вполне приличное заведение.

Кристина встаёт, обходит Эмму, оглядывая оценивающим взглядом.

Иван в стороне шепчет Коле, дёргая его за пуговицу.

ИВАН. Капитан… Спасай…

КОЛЯ. Как?

ИВАН. Поработай за меня, а?

КОЛЯ. В смысле – поработай? Кем?

ИВАН. Официантом, кем же ещё… Я заплачу. (суёт деньги Коле в карман кителя) Вот.

КОЛЯ. А ты?

ИВАН. А у меня спину прихватило. (резко сгибается) Вот. Я тут посижу, йогой позанимаюсь…

КОЛЯ. Ну, ладно… Йог, твою мать. (идёт за стойку)

ИВАН. Ты потом, когда виски нальёшь, это… отвлеки их как-нибудь, я незаметно выйду…

Коля кивает.

Иван садится в позу лотоса, так, чтобы его не было видно, накидывает на лицо передник.

КРИСТИНА. (берёт микрофон) А знаешь, я тебе даже завидую.

ЭММА. Это опять неудачная шутка?

Коля за стойкой наливает виски в стаканы, бросает в них лёд.

КРИСТИНА. Понимай, как хочешь… Думаешь, та победа сделала меня счастливой?

ЭММА. Ну, уж известной – точно.

КРИСТИНА. В том-то и дело, что оказалось – это не одно и то же. Туманов купил мне песню, купил победу, помог раскрутиться, а я… Я, может, хотела бы быть никому неизвестной шансоньеткой вот в таком маленьком кафе, и открыто любить программиста Краснова из фирмы "Ингеграл".

Иван скидывает передник с головы, на лице у него крайнее изумление.

ЭММА. Ты изменяешь мужу?

КРИСТИНА. Да нет, это так, для красного словца.

ЭММА. (усмехается) Ну, значит, и всё остальное тоже для красного словца – про шансоньетку в маленьком кафе.

Иван снова закрывает лицо передником.

КРИСТИНА. (включает микрофон) И всё-таки я бы хотела хоть на секунду представить себя на твоём месте, Эмма. (собирается спеть)

Эмма хватает микрофон, тянет к себе.

ЭММА. Отдай! Я не дам тебе второй раз занять моё место!

КРИСТИНА. Никого же нет! Я просто немножко побалуюсь…

ЭММА. Нет! Нет! Здесь я… Я – королева!

Коля приносит на подносе стаканы с виски, ставит на стол.

Забирает микрофон, который Эмма и Кристина пытаются вырвать друг у друга.

КОЛЯ. Девочки, не ссорьтесь.

КРИСТИНА. А что, здесь официантами работают настоящие капитаны?

КОЛЯ. "Эдем", что вы хотите. Рай. Прошу… (подаёт стаканы)

ЭММА. А где Иван?

КОЛЯ. Ему стало плохо.

ЭММА. Как – плохо?

Иван, прикрывая лицо передником, пытается, согнувшись, незаметно проскользнуть к выходу. Коля пытается собой его прикрыть.

ЭММА. Иван!

КОЛЯ. Да ничего страшного, прострел в спине…

Коля пытается спиной заслонить Ивана.

Эмма бросается к Ивану, отдёргивает передник от его лица.

ЭММА. Ваня, я сейчас "Скорую" вызову!

Иван разгибается.

КРИСТИНА. (потрясённо) Эдик… А что ты тут делаешь?

ИВАН. Это… не я.

ЭММА. Ты что-то путаешь, Кристи… Это Иван, наш официант.

КРИСТИНА. Официант?! Эдик Туманов? Мой муж?!

Все потрясённо смотрят на Ивана.

ИВАН. (развязывает передник, снимает) Чёрт тебя сюда принёс, Кристи. Там же висела табличка – "Закрыто"!

КРИСТИНА. Эд… Эд… Эдик… Что это всё значит?

ЭММА. Да, Ванечка… Я ничего не понимаю.

КОЛЯ. Зато я понимаю. Помнишь, ты говорила, что это кафе принадлежит Туманову?

ЭММА. Ну, да, однофамильцу.

ИВАН. Это не однофамилец. Это я, Эдуард Туманов.

КРИСТИНА. Ты… Ты купил это кафе, чтобы Эмма могла здесь петь?!

ИВАН. Да.

ЭММА. Какой кошмар… Ванечка…

КРИСТИНА. Ты говорил мне, что у тебя важные совещания, а сам изображал здесь официанта, чтобы слушать, как Эмма поёт?!

ИВАН. Да.

ЭММА. Но зачем, Ванечка?

Коля с горечью усмехается.

КРИСТИНА. Да, Эдик, зачем?

ИВАН. Сначала меня мучила совесть. Я видел, что Эмма талантливее тебя, Кристи… И порядочнее. Прости. Она никогда бы не согласилась перекупить песню у известного композитора, а сопернице подсунуть сомнительный шлягер, который я самолично сляпал за два часа.

ЭММА. Но это хорошая песня, Ванечка.

ИВАН. Хорошей она стала в твоём исполнении, Эмма. Ты наполнила её душой и светом, как наполняешь всё, к чему прикасаешься. Твоя порядочность очень заразна, Эмма. Она как вирус, делает всех вокруг чище и лучше. Я заразился этим вирусом, так уж случилось…

КРИСТИНА. А-а! Я поняла! Ты купил эту забегаловку, чтобы тебя не мучила совесть?

ИВАН. Да.

КРИСТИНА. Господи, ну так бы и сказал, а то развёл тут детектив какой-то. Подожди, а официантом ты зачем тут работаешь?

ЭММА. Да, зачем, Ванечка?

КОЛЯ. Вань, или как там тебя, ну будь мужиком, скажи правду.

ИВАН. Я люблю тебя, Эмма.

КРИСТИНА. Эдик, ты чокнулся?

ИВАН. (берёт микрофон) Пусть все слышат! Я люблю тебя, Эмма!

Повисает пауза.

КРИСТИНА. О, боже, ну, и люби себе, жалко, что ли… Всем хорошо. Мы с Красновым можем больше не скрывать своих отношений, а ты можешь иногда посещать это кафе…

ЭММА. (идёт к выходу) Так, всё, я увольняюсь отсюда.

КОЛЯ. (идёт за ней) И правильно. Ничего святого у людей нет. Я провожу тебя, Эмма.

ИВАН. Эмма, постой! Ты не так поняла. Я предлагаю тебе руку и сердце! Деньги и связи! Жизнь. Смерть. Я подарю тебе рай!

Эмма останавливается, замирает.

КРИСТИНА. Эдик, ты охренел?!

ИВАН. Я куплю тебе всё, что можно купить, а остальное ты сделаешь сама – своим талантом, своим обаянием и красотой! Больше не будет этого микрофона. Будет большая сцена, лучшая техника и лучшие музыканты, толпы поклонников, а не жалкие выпивохи за этими столиками… Будут мировые гастроли и всемирная слава…

КРИСТИНА. А я?

ИВАН. Ты – заткнись. Твоё у тебя никто не отнимает.

ЭММА. Коля, почему ты молчишь?

КОЛЯ. А что я могу сказать? Что могу предложить? Мне в тюрьму лет на десять. А потом что?.. Букет маргариток?

ИВАН. Эмма, ты согласна?

ЭММА. Уходите все. Мне надо подумать…

Все стоят.

ЭММА. Уходите! Уходите!!! Я не хочу никого видеть!

Все уходят.

Играет музыка.

Эмма берёт микрофон, поёт.

Голос срывается.

ЗТМ.

Тишина.

III

Кафе.

За столиками никого нет.

Эмма сидит у стойки на барном стуле с бокалом вина.

Достаёт из сумки пузырёк с таблетками.

Потерянно сморит на него.

Видно, что у неё созревает важное и трагическое решение.

Заходит Кристина.

КРИСТИНА. Привет!

Эмма быстро прячет таблетки в сумку.

ЭММА. Привет.

КРИСТИНА. Я смотрю, с тех пор, как мой муж сделал тебя хозяйкой этого рая, от клиентов отбоя нет?

ЭММА. Сезон отпусков закончился. Курортники все уехали. Дожди, море холодное и злое. Люди предпочитают сидеть дома у камина …

Кристина вальяжно подходит к Эмме.

КРИСТИНА. А, по-моему, ты просто не справилась. Ты неудачница, Эмма. Ты провалила этот бизнес точно так же, как двадцать лет назад провалила конкурс на лучшего исполнителя.

ЭММА. Да, ты права, я не справилась. Сегодня уволился последний официант. (закрывает лицо руками) Я не справилась… Я никудышная… Второй сорт…

Кристина кидает на стойку деньги.

КРИСТИНА. Ладно, подруга, не плачь. Лучше спой мне что-нибудь… бодренькое. А то на улице действительно… зябко. Виски я, так и быть, сама налью, раз все от тебя разбежались.

Кристина дотягивается до бутылки, наливает виски в стакан.

Эмма отодвигает деньги.

ЭММА. Я не буду петь для тебя.

КРИСТИНА. Что?

ЭММА. Я не буду для тебя петь. Кафе закрыто!

КРИСТИНА. Это кафе работает до последнего гостя! И этот гость сегодня – последний и единственный, – я!

Кристина хватает микрофон, суёт в руки Эмме.

КРИСТИНА. Пой!

ЭММА. Ты не имеешь права мне приказывать!

КРИСТИНА. Я заплатила!

ЭММА. Забери свои деньги!

КРИСТИНА. А-а… Я поняла! У тебя пропал голос! Ха-ха-ха!

ЭММА. Ничего подобного.

КРИСТИНА. Пропал-пропал! Твой маленький, лишённый оригинальности голос вдруг взял – и пропал! Поэтому сюда перестали ходить, а вовсе не из-за того что осень, дожди, море холодное и отдыхающие уехали.

ЭММА. (тихо) Это неправда.

КРИСТИНА. Тогда спой.

Эмма медленно берёт микрофон, тянет время.

ЭММА. (в микрофон) Ты знаешь, Кристи… Это правда… Я действительно…

В кафе вваливается Коля.

Он в бейсболке, тёмных очках, с накладными усами и бакенбардами.

КОЛЯ. (с американским акцентом) Хай! Мне сказали, это лучший кафе в мире с лучшей в мире певицей!

ЭММА. Кто вам сказал?

КОЛЯ. Все! Все только об этом и говорят! Если хочешь провести хороший время и услышать лучший в мире голос – только в "Эдем"! Нас будет двадцать американский человек… Нет, сорок. Кому заплатить?

ЭММА. Но… Вас тут столько не поместится.

КОЛЯ. О, вы не знаете американский человек! Они очень компактные! (свистит в сторону) Эй, ребзя! Кам ин!

Кристина залпом допивает виски, раздражённо забирает со стойки деньги.

КРИСТИНА. Дурдом…

Кристина уходит.

ЭММА. Господин американец, пожалуйста… Отведите своих американских ребят в другое место. Моё кафе… В общем, у меня пропал голос, и кафе закрыто, наверное, навсегда.

Коля хватает Эмму за плечи.

КОЛЯ. Никогда не говори, что у тебя пропал голос, Эмма! Слышишь?! Никогда! Ты простыла, охрипла, у тебя депрессия и поэтому ты временно не поёшь. Но твой голос всегда с тобой, Эмма! Слышишь, всегда!

ЭММА. Коля? Ты?

Коля снимает бейсболку, очки, отклеивает усы и бакенбарды.

КОЛЯ. Я.

ЭММА. Но ты же… в тюрьме!

КОЛЯ. Старпом выжил и не стал предъявлять мне претензии. Меня не посадили, а только уволили из Береговой охраны к чертям собачьим.

ЭММА. (смеётся) Эх ты, мазила… Ты опять появился вовремя, мой ангел-хранитель. Ты следил за мной?

КОЛЯ. Любовался. Я не мог позволить, чтобы эта курица добила тебя окончательно. Ты и так охрипла после стресса, который они тебе устроили с этим Тумановым.

ЭММА. Я не охрипла, Коля. Я больше не пою.

КОЛЯ. Я нашёл лучшего врача-фониатра в мире! У него рыбы петь начинают. Он согласен тебя лечить.

ЭММА. Я не хочу больше петь.

КОЛЯ. Почему?

ЭММА. Потому что ни к чему это. Зачем? От моих песен никому не становится лучше… Петь ради собственного удовольствия я устала.

КОЛЯ. Петь нужно только ради собственного удовольствия, Эмма. И никогда не думать о том, стало лучше кому-нибудь от твоих песен или нет. И тогда точно всем станет лучше!

ЭММА. Какой ты смешной. И милый. Но – нет. Я не хочу. Я жить не хочу, не то, что петь. (отворачивается, смахивает слезу)

КОЛЯ. Через три месяца международный конкурс на лучшего исполнителя.

ЭММА. И что?

КОЛЯ. Я подал заявку от твоего имени.

ЭММА. Ты с ума сошёл? Я думала, что ты в тюрьме, а ты…

КОЛЯ. Ты едешь. И я с тобой.

ЭММА. Нет! Нет! И нет! Уходи.

КОЛЯ. Как – уходи?

ЭММА. Так. Если я отказалась от предложения Туманова выйти за него замуж, это не значит… не значит… не значит…

КОЛЯ. Что – не значит?

ЭММА. Что я люблю тебя. И что ты можешь решать за меня.

Коля замирает, пятится к двери.

КОЛЯ. Извини. Я действительно много взял на себя. Прости меня.

Коля стремительно уходит.

Эмма закрывает руками лицо.

В кафе снова врывается Коля, кладет на стол визитку.

КОЛЯ. Это телефон доктора. У которого рыбы поют. На всякий случай…

Коля уходит.

Эмма достаёт из сумки пузырёк с таблетками, высыпает горсть в руку.

Во вторую руку берет бокал с вином.

Замирает.

Подходит к столу.

Смотрит на визитку.

ЗТМ.

IV

На сцене плакат "The Voice of the World".

Сцена освещена разноцветными прожекторами.

ГОЛОС ВЕДУЩЕГО. А теперь заключительное выступление обладательницы Гран-при конкурса "Голос Мира" Эммы Королёвой!

Зал гудит.

Аплодисменты.

Крики "Браво!".

Выходит Эмма в шикарном платье, поёт.

Аплодисменты.

Крики "Браво!", "Бис!".

ГОЛОС ВЕДУЩЕГО. Гран-при вручает почётный гость конкурса "Голос Мира" Эдуард Туманов!

К Эмме подходит Иван.

У Эммы на лице искреннее удивление.

Иван становится на одно колено, протягивает Эмме кольцо в коробочке.

ИВАН. Моё предложение руки и сердца остаётся в силе, Эмма… У тебя было время подумать.

Из зала к сцене подходит Коля с букетом маргариток.

ЭММА. Нет, Ванечка, нет… Прости меня, я не могу…

Эмма бросается к Коле, берёт букет маргариток, целует Колю.

Они целуются.

Ольга Степнова. До последнего гостя

К Ивану на сцену выбегает Кристина, хватает за руку, тянет его к выходу из зала.

КРИСТИНА. Не позорься, Эд… Здесь одни бездари! Мне не достался даже приз зрительских симпатий! Они тут все честные, денег не берут! Уроды!

Под свист зрителей Кристина утягивает Ивана из зала.

Иван до последнего с тоской оглядывается на целующихся Эмму и Колю.

 

ЗАНАВЕС

Все права принадлежат автору и защищаются РАО и законом Р.Ф. об авторских правах.
Постановка пьесы возможна только после заключения прямого контракта между Автором и Театром.

Email:

ГЛАВНАЯ    КИНО    ТЕАТР    КНИГИ    ПЬЕСЫ    РАССКАЗЫ
АВТОРА!    ГАЛЕРЕЯ    ВИДЕО    ПРЕССА    ДРУЗЬЯ    КОНТАКТЫ
Дмитрий Степанов. Сценарист Сайт Алексея Макарова Ольга Степнова. Кино-Театр Ольга Степнова. Кинопоиск Ольга Степнова. Рускино Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки. Рейтинг@Mail.ru

© Ольга Степнова. 2004-2015